Письмо Г. К. Жукова Н. С. Хрущеву

Секретно

Первому секретарю Центрального Комитета КПСС

товарищу Н. С. Хрущеву

Копия: главному редактору журнала «Октябрь»

товарищу В. Кочетову

 

Дорогой Никита Сергеевич !

В телефонном разговоре со мною 29.III с. г. Вы осудили тех, которые на страницах печати опорочивают мою деятельность в годы Великой Отечественной войны.

После разговора с Вами я прочел в журнале «Октябрь» №№ 3 и 4 страницы воспоминаний В. И. Чуйкова.

Вместо аргументированного анализа исторической неизбежности полного провала войны, затеянной германским фашизмом против Советского Союза, В. И. ЧУЙКОВ построил свои воспоминания так, чтобы, прежде всего, прославить себя и опорочить мою деятельность как представителя Ставки В. Г. К. и командующего Первым Белорусским фронтом в период проведения Висло-Одерской и Берлинской операции.

Висло-Одерская операция, как Вам известно, является одной из грандиознейших операций. Советские войска провели ее блестяще, чем и заслужили всеобщее восхищение. Даже враги и те вынуждены были признать :

« ... Невозможно описать всего, что произошло между Вислой и Одером в первые месяцы 1945 г. Европа не знала ничего подобного со времени Римской Империи». (Ф. В. Меллентин. Издательство иностранной литературы).

За 23 дня, в труднейших условиях, войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов разгромили крупнейшую вражескую группировку на глубину до 500 километров и вошли в пределы Германии.

Умалчивая о своих личных недостатках при проведении операции, В. И. ЧУЙКОВ бесцеремонно искажает факты хода операции, всячески чернит меня, штаб фронта, управление тылом, везде и всюду выставляет свое я, свою стратегическую осведомленность, которой тогда и быть то не могло у ЧУЙКОВА. Без всяких к тому оснований он набрасывает тень на своего соседа слева - 69-ю Армию, которая более успешно развивала операцию, чем армия ЧУЙКОВА. Так, например, армия ЧУЙКОВА за первые два: дня продвинулась на 25 километров, 69-я армия - на 40 километров.

Излагая историю взятия Лодзи и Познани, ЧУЙКОВ изображает дело так, как будто конкретного руководства со стороны командования и штаба фронтом не было, а если оно и было, то только запутывало обстановку, и что ему - ЧУЙКОВУ пришлось лично решать брать или обходить города, находившиеся в полосе действий армии. (Стр. 141-143 журнала № 3).

Вы, Никита Сергеевич, хорошо знаете как детально планируется операция и как ставятся задачи армиям на ближайший период операции. Приходится удивляться как может ЧУЙКОВ так бесцеремонно третировать командование фронтом и демагогически извращать факты.

Войдя в раж бахвальства, ЧУЙКОВ приписывает себе идею и решимость обойти Познань и стремительно прорваться через «Мезерицкий укрепленный район» к реке Одер, тогда как на этот счет было исчерпывающее указание фронта, а главная роль в этом деле отводилась 1-й танковой армии.

ЧУЙКОВ неправильно опорочивает работу тыла фронта в Висло-Одерской

операции, не заботясь о том, что искажением фактов он глубоко оскорбляет многочисленный коллектив работников тыла фронта, которые сделали в операции все, что было в человеческих силах.

В четвертом номере журнал , начиная с 129 страницы, ЧУЙКОВ вдвигает абсурдную мысль о том, что в начале февраля 1945 года обстановка позволяла захватить Берлин схода. Правда, ЧУЙКОВ оговаривается, что это была бы рискованная операция и материально не обеспеченная.

Просто приходится удивляться тому, что за 19 послевоенных лет В . И. ЧУЙКОВ все еще не разобрался по-настоящему в обстановке 1945 года.

Как известно (об этом правильно описано в 5 томе Великой Отечественной войны), 1-й Белорусский фронт в начале февраля четырьмя общевойсковыми, двумя танковыми армиями и кав. корпусом вышел на р. Одер и захватил два Плацдарма на р. Одер (севернее и южнее города Кюстрин). Наши неоднократные попытки захватить город Кюстрин с крепостью и укрепленный Франкфурт-на-Одере не увенчались успехом. В это время очень серьезная обстановка сложилась на правом фланге фронта, гд е, вследствие задержки 2-го Белорусского фронта в районе устья реки Висла, образовался с ним 200 километровый разрыв.

Для прикрытия образовавшегося разрыва и обеспечения фланга фронта пришлось израсходовать все 2-е эшелоны и резервы фронта (1-я польская, 3-я ударная и 61-я Армии, 2 гв.кав. корпус).

Положение осложнялось тем, что у нас в тьmу фронта продолжали упорную борьбу немецкие войска, окруженные в городах и крепостях Познани, Шнайдемюле, Дейч-Кроне и т. д.

Одновременно нам стало известно о крупной концентрации немецких войск в Померании. Как потом было установлено, они готовились к удару во фланг фронта с тем, чтобы разгромить шесть наших армий, Выдвинувшихся клином далеко вперед на р. Одер.

В это время Данциг, Гдыня и прилегающие районы были еще заняты крупной группировкой противника, борьба с которой велась 2-м Белорусским фронтом и она затянулась до 4-го апреля.

Создавшаяся обстановка требовала немедленных мер по разгрому Померанской группировки противника, без чего нельзя было приступать к проведению Берлинской операции.

ЧУЙКОВ неправильно излагает то, что, якобы, СТАЛИН, разговаривая со мной по телефону, заставил меня организовать Померанскую операцию и отказаться от подготовки к Берлинской операции.

Такого разговора у меня со СТАЛИНЫМ тогда не было. Его ЧУЙКОВ выдумал, когда видимо писал свои воспоминания.

Наоборот, я трижды докладывал СТАЛИНУ о необходимости повернуть танковые армии на север для разгрома Померанской группировки противника и для оказания помощи 2-му Белорусскому фронту.

СТАЛИН вынужден был согласиться. Разгром группы армий «Висла» не только сорвал план удара немцев во фланг войск фронта, но и дал возможность 2-му Белорусскому фронту по окончании Данцигской операции без боев выйти на Одер для участия в общеберлинской операции.

ЧУЙКОВ пишет неправду, что после разгрома Померанской группировки войска фронта были повернуты на восток, к устью р. Висла.

Такого поворота не было.

Армии фронта преследовали противника и вышли на Одер, за исключением 1-й танковой армии, которая по указанию Ставки была временно передана РОКОССОВСКОМУ для разгрома противника в Данциге.

Как же можно было в феврале 1945 г. рискнуть двинуться на Берлин, не ликвидировав в Померании опасного противника, не подготовив операцию в материально-техническом отношении, не организовав стратегическое и оперативное взаимодействие с соседними фронтами, не организовав взаимодействия с ВВС.

В. И. ЧУЙКОВ пишет: «Надо было рискнуть». Я тоже за риск, но не за авантюрный риск.

Я думаю, что кроме вреда от подобных рекомендаций ЧУЙКОВА, мы ничего не получим в воспитании армии.

Начиная с 140 страницы, ЧУЙКОВ поносит Берлинскую операцию, которой законно гордился наш народ, перед которой вынужденно преклонялись наши бывшие союзники и вынуждена была признать свое окончательное поражение фашистская Германия .

Подумать только, вся Берлинская операция с полным овладением Берлина, с выходом войск на р. Эльба, была закончена за 14 суток. А борьба на подступах к Берлину, особенно для 1-го Белорусского фронта была, как известно, многократно сложнее, чем на других направлениях. Тут фашисты дрались с особым ожесточением, чувствуя свой последний час.

Берлинская операция явилась долгожданным концом войны и победным торжеством советского народа, навеки прославившего себя в борьбе фашизмом.

Пренебрегая указаниями ЦК о повышении идейного уровня литературной критики, ЧУЙКОВ , вместо аргументированной и товарищеской критики, высокомерно третирует не только меня, но и других участников операции, которые по зову партии, по велению своего долга не щадили себя для защиты и прославления Родины.

Я не касаюсь здесь мелких вопросов, которыми ЧУЙКОВ оперирует с целью дискредитации меня перед читателями. Однако, я не могу обойти выпад ЧУЙКОВА на стр. 109 третьего номера журнала, где он пишет:

·

«Получив приказ, генерал РУДКИН без предварительной разведки бросил на выполнение задачи все силы, главным образом, танки . В результате корпус нарвался на подготовленную позицию и понес большие потери ... Личным приказом Маршала ЖУКОВА командир корпуса Герой Советского Союза генерал РУДКИН и командующий армией генерал ГУСЕВ были сняты с должностей ... ЖУКОВ не любил делить с подчиненными неудачи ... ».

Прежде всего, генерал РУДКИН был снят приказом СТАЛИНА, а не приказом ЖУКОВА. Во-вторых, командарм ГУСЕВ вообще не был снят с должности, ему СТАЛИН объявил выговор.

Кроме того, что это за беспринципная постановка вопроса «делить с подчиненными неудачи» . Как это практически будут понимать наши командиры?

Генерал РУДКИН проявил преступную халатность, не организовав элементарного боевого обеспечения корпуса, вследствие чего загубил тысячи жизней. По ЧУЙКОВУ выходит, что преступная халатность РУДКИНА не должна быть наказана.

Думаю, что кроме вреда такая трактовка вопроса ничего не даст в воспитании воинов и командного состава Советской Армии.

Никита Сергеевич ! Конечно, в воспоминаниях В. И. ЧУЙКОВА имеется немало хороших фактов, особенно тех, которые взяты из армейской и фронтовой печати о героике солдат, сержантов и офицеров.

Но в целом его воспоминания не соответствуют идейным требованиям ЦК, и хуже всего то, что они дают богатую пищу западным борзописцам для фальсификации Истории Великой Отечественной войны.

Редакция журнала намерена и дальше продолжать печатание воспоминаний ЧУЙКОВА, а в 1965 г. по его воспоминаниям намерена напечатать книгу на тему: «Конец третьего рейха» . Думаю, что в таком виде печатать воспоминания и книгу явно нецелесообразно.

Недавно я прочитал мемуары Н. Н. ВОРОНОВА. Чего, чего только он не наплел в своих воспоминаниях. Описывая события в 1939 г. в районе Хал-хин-гола, до того заврался, даже рискнул написать то, что он - Воронов разработал план операции по разгрому японской армии, тогда как этот план был разработан и осуществлен лично мною со штабом армейской группы, а он всего лишь помог артиллеристам разработать план артиллерийского обеспечения.

И далее, ВОРОНОВ излагает события так, как будто он в минувшей войне играл особо выдающуюся роль, тогда как многое из того, что он пишет, было далеко не так.

Прошу Вас принять меры, которые Вы сочтете необходимыми, чтобы прекратить опорочивание моей деятельности.

Желаю Вам, Никита Сергеевич, крепкого здоровья !

Г. Жуков

 

Маршал Советского Союза

18 апреля 1964 года.

 

Документ хранится в Отделе рукописей РГБ.

Comments are closed.