Archive for April, 2013

Л.Д. Троцкий “мы расстреляем эту тупую банду”.

"У Троцкого было очень острое перо, он был способный, живой и темпераментный публицист.

Он был человек мужественный и шел на все риски, связанные с его революционной деятельностью. Достаточно указать на его поведение, когда он председательствовал в 1905 году на Петроградском Совете рабочих депутатов; до конца он держался храбро и вызывающе и прямо с председательской трибуны пошел в тюрьму и ссылку.

Но еще более показательна история с "клемансистским тезисом" 1927 года. Власть уже была целиком в руках Сталина, который продолжал шумиху с оппозицией, выявляя (как я уже писал выше) скрытых врагов. На ноябрьском пленуме ЦК 1927 года, на котором Сталин предложил в конце концов исключить Троцкого из партии, Троцкий взял слово и, между прочим, сказал, обращаясь к группе Сталина (передаю смысл): "Вы - группа бездарных бюрократов. Если станет вопрос о судьбе советской страны, если произойдет война, вы будете совершенно бессильны организовать оборону страны и добиться победы. Тогда когда враг будет в 100 километрах от Москвы, мы сделаем то, что сделал в свое время Клемансо, - мы свергнем бездарное правительство; но с той разницей, что Клемансо удовлетворился взятием власти, а мы, кроме того, расстреляем эту тупую банду ничтожных бюрократов, предавших революцию. Да, мы это сделаем. Вы тоже хотели бы расстрелять нас, но вы не смеете. А мы посмеем, так как это будет совершенно необходимым условием победы". Конечно, в этом выступлении много и наивности, и непонимания Сталина, но как не снять шляпу перед этим выступлением?"

Борис Бажанов. Воспоминания бывшего секретаря Сталина

P.S. Как позже оказалось "шляпу" сняли Троцкому.

Н. Бухарин об индивидуальном терроре против Сталина

В 1971 году один из близких бухаринских соратников — швейцарский коммунист и член Исполкома Коминтерна Жюль Эмбер-Дро опубликовал мемуары, где среди прочего поведал:

Before leaving I went to see Bukharin for one last time not knowing whether I would see him again upon my return. We had a long and frank conversation. He brought me up to date with the contacts made by his group with the Zinoviev-Kamenev fraction in order to coordinate the struggle against the power of Stalin. I did not hide from him that I did not approve of this liaison of the oppositions. ‘The struggle against Stalin is not a political programme. We had combatted with reason the programme of the trotskyites on the essential questions, the danger of the kulaks in Russia, the struggle against the united front with the social-democrats, the Chinese problems, the very short-sighted revolutionary perspective, etc. On the morrow of a common victory against Stalin, the political problems will divide us. This bloc is a bloc without principles which will crumble away before achieving any results.’

Bukharin also told me that they had decided to utilise individual terror in order to rid themselves of Stalin. On this point as well I expressed my reservation: the introduction of individual terror into the political struggles born from the Russian Revolution would strongly risk turning against those who employed it. It had never been a revolutionary weapon. ‘My opinion is that we ought to continue the ideological and political struggle against Stalin. His line will lead in the near future to a catastrophe which will open the eyes of the communists and result in a changing of orientation. Fascism menaces Germany and our party of phrasemongers will be incapable of resisting it. Before the debacle of the Communist Party of Germany and the extension of fascism to Poland and to France, the International must change politics. That moment will then be our hour. It is necessary then to remain disciplined, to apply the sectarian decisions after having fought and opposed the leftist errors and measures, but to continue to struggle on the strictly political terrain’.

Bukharin doubtlessly had understood that I would not liase blindly with his fraction whose sole programme was to make Stalin disappear. This was our last meeting. Manifestly he did not have confidence in the tactic that I proposed.

Courtesy: Jules Humbert-Droz, ‘De Lenin a Staline, Dix Ans Au Service de L’ Internationale Communiste 1921-31’, A la Baconniere, Neuchatel, 1971, pp. 379-80. Translated from the French by Vijay Singh.

Read the rest of this entry »

Протокол допроса А. Ф. Керенского, 14—20 августа 1920 года

1920 года августа 14—20 дня. Судебный следователь по особо важным делам при Омском окружном суде, Н. А. Соколов в г. Париже (во Франции) в порядке 443 ст. уст. угол. суд. допрашивал нижепоименованного в качестве свидетеля, и он показал:

Александр Федорович Керенский, 39 лет, православный, проживаю в г. Париже, rue de Presbourg, 4.

На Ваши вопросы по настоящему делу показываю следующее.

В составе Временного правительства, восприявшего верховную власть после отречения Николая II, я был: с момента образования Временного правительства по 2—3 мая министром юстиции, являясь также заместителем председателя совета министров; военным и морским министром со 2—3 мая и председателем совета министров с 7—8 июля.

Сообщение об отречении Николая II, имевшее место в Пскове 2 марта, было сообщено временному комитету Государственной Думы и Временному правительству по прямому проводу в ночь на 3 марта. Отрекаясь от Престола, Царь обратился в то же время к князю Львову с письмом, в коем Он отдавал Себя и Свою Семью под покровительство Временного правительства.

Read the rest of this entry »