Archive for August, 2015

ВОКРУГ АННЕКСИИ БОСНИИ И ГЕРЦЕГОВИНЫ

1908 год вполне законно назвать прологом к мировой войне. С осени этого года начался первый балканский кризис, за которым в 1912 году последовал второй, а в 1914 году и третий, послуживший внешним поводом к началу катастрофы европейского империализма.

Усиленными стараниями Франция в 1907 году было подписано англо-русское соглашение по азиатским делам. Молодой, только что назначенный, по обычаю того времени, с поста посла в Дании, министр иностранных дел Извольский очень хотел соглашения с Англией, рассчитывая этим обеспечить себя со стороны Японии и вообще Востока, чтобы развязать руки для активной политики в Европе; при этом документальными данными ясно определяется, что Извольский такую активность более всего понимал в смысле Балкан и в частности в смысле выгодности для России разрешения вопроса о проливах.

Извольский решил при переговорах с Англией идти на всевозможные уступки ей в Азии, рассчитывая получить от нее поддержку в Европе. Лондонский кабинет также решил пожертвовать многим, чтобы включить Россию в цикл держав, входящих в окружение Германии.

Редкий в анналах дипломатических сношений факт, когда обе договаривающиеся стороны хотят много друг другу уступить; на деле же оказалось, что по всем пунктам в Азии уступила только одна Россия взамен, может быть, тайных устных единоличных обещаний английского министра, которые, как уже показал опыт истории, не имели никакой практической цены.

Read the rest of this entry »

Вопрос Черноморских проливов во время Боснийского кризиса 1908–1909 гг.

             Глава II

В конце 1907 — начале 1908 г. возникли напряженные отношения между Россией и Турцией. Еще в сентябре, сразу после заключения англо-русского соглашения, министр иностранных дел России А. П. Извольский во время посещения Вены в беседе с А. Эренталем заявил, что в интересах России поддерживать статус-кво на Балканах. Германия и Австро-Венгрия, не возражая против действий России, продолжали развивать экспансию на Ближнем Востоке. Германия вела переговоры с Османской империей о политическом и военном соглашениях и добилась продолжения контракта на строительство Багдадской железной дороги. Австро-Венгрия подписала со Стамбулом секретную военную конвенцию и протокол о концессиях в Салоникском и Косовском вилайетах[162].

Англия продолжала развивать отношения с Россией. 27–28 мая (ст. ст.) 1908 г. на рейде Ревельского (ныне Таллинского) порта состоялось свидание Эдуарда VII и Николая II[163]. Английский король высказался за дальнейшее укрепление единства между двумя правительствами и выразил удовлетворение развитием событий в России в результате деятельности П. А. Столыпина.

Несмотря на сближение с Англией, Извольский считал, что следует добиваться улучшения отношений и с Австро-Венгрией. Дунайская монархия стремилась установить свой контроль на Балканском полуострове и прочно обосноваться на адриатическом побережье. Для этого ей необходимо было присоединить турецкие провинции Боснию и Герцеговину. Согласно XXV статье Берлинского трактата 1878 г. эти южнославянские земли находились под управлением Австро-Венгрии, но формально оставались в составе Османской империи.

Для осуществления этого замысла министр иностранных дел Австро-Венгрии А. Эренталь проделал обширную подготовительную работу.

В ноябре 1907 г. Извольский во время своего путешествия по Европе встречался с ним и обсуждал вопросы балканской политики. Извольский заявил Эренталю, что было бы желательно заранее выяснить, «возможно ли для России и Австрии продолжать действовать в полном единении и согласии, даже при наступлении таких обстоятельств, которые, помимо воли этих двух держав, нарушили бы статус-кво в пределах турецкой империи»[164]. Извольский открыто сказал Эренталю, что Россия ни теперь, ни в будущем не желает никакого территориального приращения ни за счет Турции, ни за счет какой-либо из Балканских стран. Но если бы вопреки этой миролюбивой и консервативной политике на Балканском полуострове произошли существенные перемены, русское правительство по необходимости «должно будет озаботиться обеспечением своего важнейшего интереса, вытекающего из истории и географического положения России. Интерес этот, по моему глубокому убеждению, весь сосредоточен в вопросе о свободном выходе из Черного моря в Средиземное, иначе сказать, в вопросе о турецких проливах. Подобная постановка дела, мне кажется, должна в значительной степени облегчить установление полного согласия между Россией и Австро-Венгрией насчет дальнейшей совместной деятельности в восточном вопросе; ибо разрешение в нашу пользу вопроса о Проливах не нарушило бы никакого австрийского интереса…»[165].

В течение апреля-июня 1908 г. состоялся обмен нотами между русским и австро-венгерским министерствами иностранных дел, в которых была подтверждена поддержка Россией аннексии Австрией Боснии и Герцеговины в обмен на поддержку Австро-Венгрией изменения режима Проливов в интересующем Россию направлении.

Read the rest of this entry »

Англо-русское соглашение 1907 г. и Черноморские проливы

                                                  Глава I

В начале XX в. произошли коренные изменения в международной обстановке. Россия потерпела поражение в войне с Японией, произошла Первая русская революция 1905–1907 гг. На мировой арене позиции России были серьезно ослаблены, что привело к усилению роли Германии в европейском концерте. Россия после исхода последней войны перестала быть для Британии грозным соперником в Азии, а Франция являлась надежным союзником Лондона, возрастающая мощь Германской империи становилась все более реальной угрозой для положения Британии как мировой державы.

Вопрос взаимоотношений с Германией постоянно находился в центре внимания британского внешнеполитического ведомства. На одном из донесений английского посла в Берлине в июле 1906 г. британский статс-секретарь иностранных дел Э. Грей сделал многозначительную помету: «Англия всегда склонялась или имела определенное направление противодействия любой державе, стремящейся к гегемонии в Европе»[10]. Понимая, что Россия уже не представляет прежней угрозы британским интересам на Дальнем и Среднем Востоке, Британия стала проявлять заинтересованность в сближении с ней, чтобы обеспечить равновесие сил в Европе и противостоять возрастающей мощи Германии.

Россия в результате сближения с Англией обезопасила бы себя на Дальнем Востоке, после примирения с Японией укрепила бы свой союз с Францией и смогла бы вернуться к проведению активной политики на Балканах и Ближнем Востоке. Однако российскому правительству пришлось бы пойти на компромисс с Англией и урегулировать напряженные отношения с ней на Ближнем и Среднем Востоке. Сближение же России с Германией неизбежно ослабило бы франко-русский союз, являвшийся главной опорой Петербурга на европейском континенте. Выбор, который должна была сделать Россия, имел жизненно важное значение для ее будущности и определил ее положение среди великих держав. К моменту начала переговоров летом 1906 г. Ламздорфа на посту министра иностранных дел сменил Александр Петрович Извольский. Новому руководителю внешнеполитического ведомства предстояло укрепить международный престиж страны и обеспечить ей длительное мирное развитие для осуществления реформ.

Read the rest of this entry »

О еврейской акции литовского полицейского батальона

Иехиель Дамба родился в 1929 году в маленьком местечке Жаренай Тельшянского уезда.
Катастрофу еврейского народа Иехиель пережил в оккупированной гитлеровцами Литве.
После освобождения Литвы от оккупации работал переводчиком в Тельшяйском уездном отделе НКГБ, откуда в 1948 году был направлен в Каунасскую офицерскую школу начальствующего состава милиции. Закон­чив ее, Дамба получил среднее юридическое образование. Продолжал учиться. Проработал он в советских органах правосудия 8 лет.
В Тельшяй Иехиель вернулся, уволившись из органов, и начал работать главным контролером трикотажной фабрики «Мастис». Здесь он прорабо­тал вплоть до переезда в Вильнюс.
С 1962 года и до выезда из Советского Союза Иехиель занимал долж­ность инженера-контролера в Вильнюсском межгородском бюро техниче­ской инвентаризации — руководил технической бригадой.
С 18 февраля 1970 года Дамба проживает в городе Холон. Первые два с половиной года в Израиле Иехиель работал в отделе конструирования при крупной алюминиевой фабрике возле Ришон ле-Циона. Позже сам стал предпринимателем.
Пять лет Дамба посвятил книге «В кровавом вихре»[*].

В КРОВАВОМ ВИХРЕ

«В редакцию «Военно-исторического журнала» [**]. Я обращаюсь к вам с пись­мом после полученного подтверждения, что высылаемые мною книги «В кровавом вихре», автором которых я являюсь, в Со­ветском Союзе адресаты получают без ка­ких-либо препятствий.

Описанные мною в книге события про­исходили в Литве, и без сомнения, она мо­жет заинтересовать советского читателя. Поэтому я обращаюсь к вам с просьбой определить возможность ее выпуска в стране. Разумеется, после тщательного ее пересмотра и исправления.

Однако главная причина, что заставила меня обратиться к вам,—это просьба о не­которой помощи: вскоре данная книга бу­дет переводиться на многие языки и пред­ставлена широкой читательской аудитории на Западе.

Я описал происходившие давние события так, как сохранила их моя память. Но, воз­можно, следуя своим внутренним поры­вам, где-то допустил оплошность как слу­чайную оговорку, необдуманное слово или же кое-что исказил, описывая некоторые эпизоды, могущие носить враждебную про­паганду против Советского Союза, что я бы не хотел и что, конечно, в мои планы не входило.

В книге среди прочего я затрагиваю во­прос борьбы органов НКГБ с злобным врагом литовского народа — свирепство­вавшими тогда в лесах националистически­ми бандами, многие члены которых при­нимали самое непосредственное участие в зверских убийствах мирных граждан во время гитлеровской оккупации Литвы, а также под лозунгом борьбы за восстанов­ление независимой власти в Литве, уста­новившие кровавый террор в только что освобожденной Литве. Действия этих банд, совершавших чудовищные преступления в те тяжелые послевоенные годы, унесли свыше пятнадцати тысяч жизней, главным образом беззащитных литовских крестьян.

Ввиду того что все описанные мною со­бытия происходили в действительности, я старался органически сочетать художест­венный характер событий с правдой, же­лая с максимальной точностью рассказать о том, чему был очевидцем, что испытал и выстрадал сам. Процесс этот был сло­жен, труден, вылившийся в цепь напряжен­ных поисков воспоминаний, и все это под влиянием незабытой боли, пережитой мною в страшные годы немецкой оккупации.

Испытывая глубокие чувства к Советско­му Союзу, к отважным советским воинам, пролившим свою кровь, освобождая нас, к Литве, к тем лучшим представителям ли­товского народа, оставшимся верным древ­ним традициям гуманизма и человеколю­бия, спасшим жизнь многим обречен­ным, я на многих страницах своей книги описал их подвиги, желая, чтобы благодар­ная память о них навеки осталась на зем­ле.

Поэтому по силе возможности, если найдете нужным, я бы хотел получить совет, какие места в книге, по вашему мне­нию, желательно исправить, почистить или же вообще вырезать, что я, не колеблясь, сделаю.

Мы прекрасно понимаем, что восстанов­ление дипломатических отношений между Израилем и Советским Союзом — это только дело времени. Поэтому было бы целесообразно укреплять те ценности, ко­торые объединяют советскую и израиль­скую демократию, рабочее движение на­ших стран и культурные связи.

Жду вашего ответа. С наилучшими по­желаниями.

ИЕХИЕЛЬ ДАМБА».


[*]Дамба И. В кровавом вихре. — Изра­иль: Мория, 1987.

[**] Письмо публикуется без редактирова­ния.

Read the rest of this entry »